КЛИЧКИ СОБАК. НЕБОЛЬШОЕ ИСТОРИКО- ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ.
http://alvheim.ucoz.ru/publ/3-1-0-24
Интереснейшая тема – клички собак. Огромнейший пласт культуры, в котором причудливым образом переплелись исторические и культурные традиции, мода, вкусы, привычки, образование и даже общественно-политическая обстановка в стране. Многие авторы касались этой темы: кто-то беспристрастно анализировал, кто-то делился перлами из своей богатой коллекции собачьих имен, а кто-то ворчал по поводу современных нравов и вспоминал - как замечательно все было в прежние времена. И я не смогла отказать себе в удовольствии погрузиться в этот причудливый мир человеческих фантазий и поблуждать в его лабиринтах.
А начинать, пожалуй, следует издалека, еще с XIX века, именно тогда собаководство организовалось и оформилось в ту структуру, с которой мы имеем дело сегодня. До тех пор, пока нет единого стандарта; пока не ведутся племенные книги, в которых регистрируются и таким образом контролируются вязки собак; пока не проводятся выставки, где собак оценивают, поощряя заводчиков работающих в соответствии со стандартом и ставя на подобающее им место оригиналов, имеющих слишком уж своеобразный взгляд на породу, говорить о чистопородном разведении собак можно весьма и весьма условно. Формирование же и развитие традиций в именовании собак следует обязательно рассматривать в связи с отдельными породами или группами пород и потому XIX век вполне подходит как условная точка отсчета.
Наиболее многочисленная и в прежние и в нынешние времена группа собак – это обыкновенные беспородные дворовые собаки. Жизнь у этих псин тяжелая, внешность непрезентабельная, потому и клички давались под стать обладателям – простоваты, порой грубоваты, а главное, не отличавшиеся особым разнообразием. Кличка Жучка даже стала именем нарицательным:
«В салазки жучку посадив…» А.С. Пушкин;
«Какая-нибудь лохматая жучка…лениво потягивается» Л.Н. Толстой.
Чаще всего клички давались исходя из окраса шерсти или особенностей характера собаки: Жулик, Барбос, Черноух, Рыжуха, Белка, Каштанка (наш украинский вариант - Сірко, Рябко) и, наконец, всеобъемлющее, как нельзя точнее определяющее отношение некоторых граждан к дворовым собакам – Кабыздох. Традиции в этой группе можно рассмотреть сразу за весь период, вплоть до сегодняшних дней, потому что никаких особых изменений не произошло. Хоть и добавлялись в каждом десятилетии к небольшому списку новые клички, но, не смотря на наличие Дези, Линдочек и Чарликов главный принцип остался неизменен: однообразие и отсутствие фантазии.
Вторая группа – огромные, злобные сторожевые собаки, потомки мордашей – крупных травильных собак. Держали этих псов в основном купцы и помещики для охраны территории, и для желающих поживиться чужим добром встреча с такой собакой могла оказаться последней в жизни. В кличках этих собак чувствуется явное уважение к силе и мощи животных и подчеркивается их свирепый нрав: Атаман, Султан, Разбой, Волк, Гроза, Шельма.
Третья группа - маленькие декоративные или «дамские» собачки, которых держали в основном знатные дамы: пудели, левретки, шпицы, мопсы, болонки, тойтерьеры. Традиционные клички, представляющие собой простой набор звуков и значимые слова (предметы, понятия) у собак этой группы чаще всего подчеркивали крошечные размеры животного, его беззащитность и явно пытались вызвать умиление у окружающих: Жужу, Мими, Лулу, Мушка, Крошка, Пушок. Часто давались громкие горделивые имена, особой популярностью пользовались герои греческой и римской мифологий, модных в XIX веке, и тут уже просматривалось стремление вызвать восхищение красотой и породностью собаки: Парис, Марс, Аврора, Леда, Флора. Также широко использовались личные иностранные имена: Джим, Том, Молли, Габби.
Четвертая группа – крупные собаки, по сути своей охранные и сторожевые, но содержащиеся в аристократических домах скорее как декоративные, просто для красоты: доги и бульдоги. Клички этим собакам давались по таким же правилам, как и «мелочи» за исключением того, что вместо сентиментальных ноток использовались пафос и величие: Цезарь, Варвар, а к списку мифологических героев прибавились не менее величественные: Геракл, Ахилл, Вулкан, Гея, Гера.
Пятая группа - наиболее любимые и ценимые знатью охотничьи собаки. Как писал Л.П. Сабанеев: «Каждый состоятельный помещик вменял себе в нравственную обязанность держать борзых и гончих, иногда в значительном количестве – сотнями». Традиции именования борзых и гончих уходят в глубокую древность, и в XIX веке происходило лишь развитие и закрепление исторических обычаев. Клички принято было давать в национальном стиле. У борзых имена отражали красоту этих собак, быстроту бега, злобу к зверю: Крылат, Любезный, Злорад, Лебедь, Сударик, Голубка, Удача, Язва. Еще одна очень интересная и необычная традиция появилась в этих породах – использовать в качестве имен глаголы в повелительном наклонении: Терзай, Пылай, Догоняй. Собакам гончих пород в основном давались «музыкальные» клички: Разгром, Набат, Скандал, Звон, Сорока, Канарейка, Тревога, Лютня. Русские охотники ценили голоса гончих даже больше, чем французские парфосные охотники и обращали внимание не только на звучность, но и требовали разнообразия в тоне и тембре – т.е. сложного голоса. Свора подбиралась в первую очередь по голосам, и только во вторую очередь учитывались гонные качества. Дряхлые старики продолжали ездить на охоту с единственною целью – послушать гон стаи.
Намного меньшей популярностью пользовались норные собаки: таксы и английские терьеры, которых держали немногочисленные любители. Так как породы это иностранные, а по характеру своему – большие собаки в компактной упаковке, то и клички им давались по правилам и 3-ей, и 4-ой, групп, но с некоторым уклоном в иностранщину и с намеком на охотничье предназначение: Пиф, Ракер, Вальдман, Норка, Таки, Пуля.
Очень популярны были в России легавые, особенно во второй половине XIX века, когда происходит постепенное сокращение псовых охотников, и молодое поколение дворян по необходимости должно было променять свору на ружье. К концу столетия легавые догоняют по популярности борзых и гончих. Клички даются в традициях созвучных традициям у норных собак: Спорт, Стоп, Том, Тюк-Ток, Кора, Шпилька, Бьюти, Долли. Приблизительно в это же время в Европе, и особенно в Англии и Франции, возникает мода давать легавым имена с приставками в виде аристократических титулов: Сэр Алистер Коннингтон, Лорд Эпсом, Ройял Ден, Коунтес Прим, Принцесс Ирен. А также приставки указывающие местность или город, откуда родом собака: Низо оф Страсбург, Дюк оф Девоншир, Сквайр оф Уптон.
Возможно, со временем подобные традиции появились бы и в Российской Империи, если бы не известные события в начале ХХ века.
«Ненависть простолюдина к привилегированному дворянству, злоупотреблявшему своим исключительным правом охоты и собственности на дичь, которая безнаказанно кормилась на крестьянских полях, была перенесена и на охотничьих собак. Большая часть гончих, а борзые поголовно были истреблены».
Написано это было Сабанеевым еще за два десятилетия до 1917 года и совсем о другой революции – французской. Лишний раз убеждаешься, что в истории все повторяется. У нас, кроме того, пострадали и все остальные породистые собаки. Правда, через несколько лет новые власти опомнились, ведь служебные собаки нужны были и в армии, и в правоохранительных органах, да и к охоте многие новые баре оказались неравнодушны. Так что служебные и охотничьи (естественно, за исключением аристократки-борзой) были реабилитированы. Что до декоративных пород, то отношение к ним было как к бесполезным нахлебникам и содержание таких собак не поощрялось, хотя и не запрещалось. «Декорацию» держали в основном богема и профессура. Новые времена не создали новых филологических традиций в собаководстве, а, скорее, произошел откат от дворянских изысков к «дворянским» в кавычках, т.е. дворняжным. И хотя, со временем, происходили некоторые подвижки, особенно в послевоенное время, но все равно можно сказать, что почти на полвека устанавливается эпоха уныния и единообразия. Бесконечно повторяемые: Дики, Джеки, Мухтары, Полканы, Пальмы, Лады. Оно и понятно, избыток фантазии мог в разные времена стоить обвинений в связях с белой эмиграцией, преклонении перед западом, космополитизме и слишком дорого обошелся бы любителю оригинальничать. Попал мне как-то в руки каталог Харьковской областной выставки 1965-го года, очень интересно было узнать, что самыми популярными декоративными породами в то время были аффен-пинчеры, шпицы, мальтийские болонки и ши-тцу, но вот имена… на каждой странице, в каждой породе одно и то же. И хотя до сих пор есть ностальгирующие по той простоте, следует заметить, что простота эта кажущаяся. Хоть язык ломать не приходилось, но зато ориентироваться в породе было намного сложнее. Попробуй, догадайся – о каком, к примеру, Дике идет речь. То ли о прославленном красавце чемпионе, то ли о великолепном рабочем псе, то ли о молодом неперспективном оболтусе. Охотникам немного помогала, позаимствованная в том же XIX веке, традиция – прибавлять к кличке собаки фамилию ее владельца: Джек Коломонкина, Варька Николаева.
Лично мне этот период с филологической точки зрения совершенно не интересен и я с удовольствием перейду к следующему периоду, ознаменовавшему ломку старых традиций и создание новых.
В 70-х годах минувшего века космополитизм и пр. перестают быть уголовно наказуемыми, хотя пока еще и осуждаются общественностью, но это только подзадоривает желающих бросить вызов этому скучному серому обществу. Плюс к этому – именно в 70-е начинается целенаправленный импорт собак из ведущих зарубежных питомников. Раньше это было достаточно редкое событие, в основном собак приобретали военнослужащие по случаю, либо без документов, либо у малоизвестных даже у себя на родине заводчиков, ориентируясь, прежде всего на невысокую цену.
Иностранные родословные производили сильнейшее впечатление на наших заорганизованных собаководов. Эти длинные клички с приставками von, vom, of, della, de, переводящиеся как «из», но одновременно указывающие и на дворянское происхождение, звучали как чарующая музыка. Первые робкие попытки использовать сложные клички были уже в 70-х, а в 80-х это входит в моду. Самые распространенные варианты – сочетание нескольких личных иностранных имен: Кристофер-Ленард-Жером, Сьюзен-Эрика-Каролина; сочетание понятийных кличек (как русских, так и иностранных) с именами: Граф Родерик, Блэк Джек, Перро Зверобой, Крошка Келли, Лапочка Джейн, Литтл Рафаэлла.
Тогда же рождается и несколько странная традиция совмещать в одном имени совершенно не сочетающиеся слова и понятия, отчего окружающим остается только гадать: какая тут может быть связь? Тут я воспользуюсь известным литературным приемом и предупрежу, что здесь и далее, все клички собак, которые автор приводит в качестве неудачных, нелепых, безграмотных являются вымышленными. Любые совпадения с кличками реально существующих собак случайны, и претензии автором приниматься не будут. Например: Виконт Аттила, Викинг Алтай, Цербер Адмирал Нельсон. Ну не был вождь гуннов (кстати, именно так правильно пишется его имя, а не с удвоенным «л») виконтом, да и сам титул этот появился во Франкском государстве Каролингов лишь 300 лет спустя после нашествия варваров. Викингов хоть и носило по всему свету, даже в Америке они побывали лет на тысячу раньше Колумба, но вот на Алтае их точно не было, и быть не могло по причине удаленности этой горной системы от каких-либо морей, а путешествовать по суше у скандинавов считалось дурным тоном. Последняя кличка, как говорится, без комментариев.
Еще одна, совсем уж скверная привычка, к счастью не ставшая традицией – заимствовать из родословной своей или чужой собаки приставки чужих питомников. Случай по нынешним временам как минимум неэтичный, а по большому счету - повод для судебного разбирательства. Представьте, что в каком-нибудь городе Голопупьевске, местный Мичурин станет продавать полукровок с приставкой вашего питомника. Но, конечно, тут не было со стороны заводчиков никакого злого умысла и желания примазаться к чужой славе – просто не знали. Но со временем разобрались, научились и после вступления в FCI стали регистрировать собственные питомники и заводские приставки. Таким образом, приобщившись к общемировым традициям, мы и пришли к современному, очень неоднозначному, сложному, но при этом необыкновенно интересному, периоду.
http://alvheim.ucoz.ru/publ/3-1-0-24
Интереснейшая тема – клички собак. Огромнейший пласт культуры, в котором причудливым образом переплелись исторические и культурные традиции, мода, вкусы, привычки, образование и даже общественно-политическая обстановка в стране. Многие авторы касались этой темы: кто-то беспристрастно анализировал, кто-то делился перлами из своей богатой коллекции собачьих имен, а кто-то ворчал по поводу современных нравов и вспоминал - как замечательно все было в прежние времена. И я не смогла отказать себе в удовольствии погрузиться в этот причудливый мир человеческих фантазий и поблуждать в его лабиринтах.
А начинать, пожалуй, следует издалека, еще с XIX века, именно тогда собаководство организовалось и оформилось в ту структуру, с которой мы имеем дело сегодня. До тех пор, пока нет единого стандарта; пока не ведутся племенные книги, в которых регистрируются и таким образом контролируются вязки собак; пока не проводятся выставки, где собак оценивают, поощряя заводчиков работающих в соответствии со стандартом и ставя на подобающее им место оригиналов, имеющих слишком уж своеобразный взгляд на породу, говорить о чистопородном разведении собак можно весьма и весьма условно. Формирование же и развитие традиций в именовании собак следует обязательно рассматривать в связи с отдельными породами или группами пород и потому XIX век вполне подходит как условная точка отсчета.
Наиболее многочисленная и в прежние и в нынешние времена группа собак – это обыкновенные беспородные дворовые собаки. Жизнь у этих псин тяжелая, внешность непрезентабельная, потому и клички давались под стать обладателям – простоваты, порой грубоваты, а главное, не отличавшиеся особым разнообразием. Кличка Жучка даже стала именем нарицательным:
«В салазки жучку посадив…» А.С. Пушкин;
«Какая-нибудь лохматая жучка…лениво потягивается» Л.Н. Толстой.
Чаще всего клички давались исходя из окраса шерсти или особенностей характера собаки: Жулик, Барбос, Черноух, Рыжуха, Белка, Каштанка (наш украинский вариант - Сірко, Рябко) и, наконец, всеобъемлющее, как нельзя точнее определяющее отношение некоторых граждан к дворовым собакам – Кабыздох. Традиции в этой группе можно рассмотреть сразу за весь период, вплоть до сегодняшних дней, потому что никаких особых изменений не произошло. Хоть и добавлялись в каждом десятилетии к небольшому списку новые клички, но, не смотря на наличие Дези, Линдочек и Чарликов главный принцип остался неизменен: однообразие и отсутствие фантазии.
Вторая группа – огромные, злобные сторожевые собаки, потомки мордашей – крупных травильных собак. Держали этих псов в основном купцы и помещики для охраны территории, и для желающих поживиться чужим добром встреча с такой собакой могла оказаться последней в жизни. В кличках этих собак чувствуется явное уважение к силе и мощи животных и подчеркивается их свирепый нрав: Атаман, Султан, Разбой, Волк, Гроза, Шельма.
Третья группа - маленькие декоративные или «дамские» собачки, которых держали в основном знатные дамы: пудели, левретки, шпицы, мопсы, болонки, тойтерьеры. Традиционные клички, представляющие собой простой набор звуков и значимые слова (предметы, понятия) у собак этой группы чаще всего подчеркивали крошечные размеры животного, его беззащитность и явно пытались вызвать умиление у окружающих: Жужу, Мими, Лулу, Мушка, Крошка, Пушок. Часто давались громкие горделивые имена, особой популярностью пользовались герои греческой и римской мифологий, модных в XIX веке, и тут уже просматривалось стремление вызвать восхищение красотой и породностью собаки: Парис, Марс, Аврора, Леда, Флора. Также широко использовались личные иностранные имена: Джим, Том, Молли, Габби.
Четвертая группа – крупные собаки, по сути своей охранные и сторожевые, но содержащиеся в аристократических домах скорее как декоративные, просто для красоты: доги и бульдоги. Клички этим собакам давались по таким же правилам, как и «мелочи» за исключением того, что вместо сентиментальных ноток использовались пафос и величие: Цезарь, Варвар, а к списку мифологических героев прибавились не менее величественные: Геракл, Ахилл, Вулкан, Гея, Гера.
Пятая группа - наиболее любимые и ценимые знатью охотничьи собаки. Как писал Л.П. Сабанеев: «Каждый состоятельный помещик вменял себе в нравственную обязанность держать борзых и гончих, иногда в значительном количестве – сотнями». Традиции именования борзых и гончих уходят в глубокую древность, и в XIX веке происходило лишь развитие и закрепление исторических обычаев. Клички принято было давать в национальном стиле. У борзых имена отражали красоту этих собак, быстроту бега, злобу к зверю: Крылат, Любезный, Злорад, Лебедь, Сударик, Голубка, Удача, Язва. Еще одна очень интересная и необычная традиция появилась в этих породах – использовать в качестве имен глаголы в повелительном наклонении: Терзай, Пылай, Догоняй. Собакам гончих пород в основном давались «музыкальные» клички: Разгром, Набат, Скандал, Звон, Сорока, Канарейка, Тревога, Лютня. Русские охотники ценили голоса гончих даже больше, чем французские парфосные охотники и обращали внимание не только на звучность, но и требовали разнообразия в тоне и тембре – т.е. сложного голоса. Свора подбиралась в первую очередь по голосам, и только во вторую очередь учитывались гонные качества. Дряхлые старики продолжали ездить на охоту с единственною целью – послушать гон стаи.
Намного меньшей популярностью пользовались норные собаки: таксы и английские терьеры, которых держали немногочисленные любители. Так как породы это иностранные, а по характеру своему – большие собаки в компактной упаковке, то и клички им давались по правилам и 3-ей, и 4-ой, групп, но с некоторым уклоном в иностранщину и с намеком на охотничье предназначение: Пиф, Ракер, Вальдман, Норка, Таки, Пуля.
Очень популярны были в России легавые, особенно во второй половине XIX века, когда происходит постепенное сокращение псовых охотников, и молодое поколение дворян по необходимости должно было променять свору на ружье. К концу столетия легавые догоняют по популярности борзых и гончих. Клички даются в традициях созвучных традициям у норных собак: Спорт, Стоп, Том, Тюк-Ток, Кора, Шпилька, Бьюти, Долли. Приблизительно в это же время в Европе, и особенно в Англии и Франции, возникает мода давать легавым имена с приставками в виде аристократических титулов: Сэр Алистер Коннингтон, Лорд Эпсом, Ройял Ден, Коунтес Прим, Принцесс Ирен. А также приставки указывающие местность или город, откуда родом собака: Низо оф Страсбург, Дюк оф Девоншир, Сквайр оф Уптон.
Возможно, со временем подобные традиции появились бы и в Российской Империи, если бы не известные события в начале ХХ века.
«Ненависть простолюдина к привилегированному дворянству, злоупотреблявшему своим исключительным правом охоты и собственности на дичь, которая безнаказанно кормилась на крестьянских полях, была перенесена и на охотничьих собак. Большая часть гончих, а борзые поголовно были истреблены».
Написано это было Сабанеевым еще за два десятилетия до 1917 года и совсем о другой революции – французской. Лишний раз убеждаешься, что в истории все повторяется. У нас, кроме того, пострадали и все остальные породистые собаки. Правда, через несколько лет новые власти опомнились, ведь служебные собаки нужны были и в армии, и в правоохранительных органах, да и к охоте многие новые баре оказались неравнодушны. Так что служебные и охотничьи (естественно, за исключением аристократки-борзой) были реабилитированы. Что до декоративных пород, то отношение к ним было как к бесполезным нахлебникам и содержание таких собак не поощрялось, хотя и не запрещалось. «Декорацию» держали в основном богема и профессура. Новые времена не создали новых филологических традиций в собаководстве, а, скорее, произошел откат от дворянских изысков к «дворянским» в кавычках, т.е. дворняжным. И хотя, со временем, происходили некоторые подвижки, особенно в послевоенное время, но все равно можно сказать, что почти на полвека устанавливается эпоха уныния и единообразия. Бесконечно повторяемые: Дики, Джеки, Мухтары, Полканы, Пальмы, Лады. Оно и понятно, избыток фантазии мог в разные времена стоить обвинений в связях с белой эмиграцией, преклонении перед западом, космополитизме и слишком дорого обошелся бы любителю оригинальничать. Попал мне как-то в руки каталог Харьковской областной выставки 1965-го года, очень интересно было узнать, что самыми популярными декоративными породами в то время были аффен-пинчеры, шпицы, мальтийские болонки и ши-тцу, но вот имена… на каждой странице, в каждой породе одно и то же. И хотя до сих пор есть ностальгирующие по той простоте, следует заметить, что простота эта кажущаяся. Хоть язык ломать не приходилось, но зато ориентироваться в породе было намного сложнее. Попробуй, догадайся – о каком, к примеру, Дике идет речь. То ли о прославленном красавце чемпионе, то ли о великолепном рабочем псе, то ли о молодом неперспективном оболтусе. Охотникам немного помогала, позаимствованная в том же XIX веке, традиция – прибавлять к кличке собаки фамилию ее владельца: Джек Коломонкина, Варька Николаева.
Лично мне этот период с филологической точки зрения совершенно не интересен и я с удовольствием перейду к следующему периоду, ознаменовавшему ломку старых традиций и создание новых.
В 70-х годах минувшего века космополитизм и пр. перестают быть уголовно наказуемыми, хотя пока еще и осуждаются общественностью, но это только подзадоривает желающих бросить вызов этому скучному серому обществу. Плюс к этому – именно в 70-е начинается целенаправленный импорт собак из ведущих зарубежных питомников. Раньше это было достаточно редкое событие, в основном собак приобретали военнослужащие по случаю, либо без документов, либо у малоизвестных даже у себя на родине заводчиков, ориентируясь, прежде всего на невысокую цену.
Иностранные родословные производили сильнейшее впечатление на наших заорганизованных собаководов. Эти длинные клички с приставками von, vom, of, della, de, переводящиеся как «из», но одновременно указывающие и на дворянское происхождение, звучали как чарующая музыка. Первые робкие попытки использовать сложные клички были уже в 70-х, а в 80-х это входит в моду. Самые распространенные варианты – сочетание нескольких личных иностранных имен: Кристофер-Ленард-Жером, Сьюзен-Эрика-Каролина; сочетание понятийных кличек (как русских, так и иностранных) с именами: Граф Родерик, Блэк Джек, Перро Зверобой, Крошка Келли, Лапочка Джейн, Литтл Рафаэлла.
Тогда же рождается и несколько странная традиция совмещать в одном имени совершенно не сочетающиеся слова и понятия, отчего окружающим остается только гадать: какая тут может быть связь? Тут я воспользуюсь известным литературным приемом и предупрежу, что здесь и далее, все клички собак, которые автор приводит в качестве неудачных, нелепых, безграмотных являются вымышленными. Любые совпадения с кличками реально существующих собак случайны, и претензии автором приниматься не будут. Например: Виконт Аттила, Викинг Алтай, Цербер Адмирал Нельсон. Ну не был вождь гуннов (кстати, именно так правильно пишется его имя, а не с удвоенным «л») виконтом, да и сам титул этот появился во Франкском государстве Каролингов лишь 300 лет спустя после нашествия варваров. Викингов хоть и носило по всему свету, даже в Америке они побывали лет на тысячу раньше Колумба, но вот на Алтае их точно не было, и быть не могло по причине удаленности этой горной системы от каких-либо морей, а путешествовать по суше у скандинавов считалось дурным тоном. Последняя кличка, как говорится, без комментариев.
Еще одна, совсем уж скверная привычка, к счастью не ставшая традицией – заимствовать из родословной своей или чужой собаки приставки чужих питомников. Случай по нынешним временам как минимум неэтичный, а по большому счету - повод для судебного разбирательства. Представьте, что в каком-нибудь городе Голопупьевске, местный Мичурин станет продавать полукровок с приставкой вашего питомника. Но, конечно, тут не было со стороны заводчиков никакого злого умысла и желания примазаться к чужой славе – просто не знали. Но со временем разобрались, научились и после вступления в FCI стали регистрировать собственные питомники и заводские приставки. Таким образом, приобщившись к общемировым традициям, мы и пришли к современному, очень неоднозначному, сложному, но при этом необыкновенно интересному, периоду.
Ну, и, если вам не всё равно, как посмотрят на вас окружающие, когда вы будете выкрикивать, например, «Кончита!, Кончита!..», то лучше посоветуйтесь с друзьями на предмет благозвучности имени для вашей собаки.